Мне довелось принять участие в семинаре From Footprint to Foodprint, который состоялся 3 июня в рамках выставки VIV Europe 2026 в Утрехте (Нидерланды). Основной темой мероприятия стала устойчивость производства продукции птицеводства. При этом большинство докладов было посвящено европейским подходам к расчету и снижению выбросов парниковых газов, связанных с производством мяса птицы.
Дискуссия о преимуществах медленнорастущих бройлеров по сравнению с современными высокопродуктивными кроссами с точки зрения экологической устойчивости вновь оказалась в центре внимания. Однако, по мнению автора, более медленный рост птицы сам по себе не делает производство более экологичным. Любой специалист, знакомый с экономикой и технологиями птицеводства, понимает, что расход кормов оказывает гораздо большее влияние как на себестоимость продукции, так и на ее углеродный след.
Наиболее спорной частью семинара стало обсуждение использования соевого шрота в рационах птицы в Европе. Безусловно, если все остальные условия одинаковы, кормовой ингредиент, который транспортируется на большие расстояния или требует более энергоемкой логистики, действительно будет иметь более высокий экологический след. Однако именно методика оценки воздействия соевого шрота вызвала наибольшее количество вопросов.
Свое исследование представила старший специалист по кормлению птицы компании Aviagen Кэролайн Кемп (Carolyne Kemp). Она объяснила, что при расчете углеродного следа кормовых ингредиентов учитываются два отдельных показателя. Первый отражает выбросы, связанные с выращиванием, уборкой урожая, переработкой и транспортировкой сырья до комбикормового предприятия, тогда как второй связан с изменением характера землепользования (Land Use Change, LUC).
По словам Кемп, показатель изменения землепользования не связан с биологической эффективностью производства. Он представляет собой исключительно расчетную величину, отражающую предполагаемый углеродный долг при переводе лесных земель в сельскохозяйственные угодья. Именно поэтому, подчеркнула она, оба показателя всегда необходимо представлять отдельно.
В действующей европейской системе расчетов соя, выращенная в Южной Америке, получает высокий коэффициент выбросов по категории изменения землепользования. Предполагается, что такая продукция производится на территориях, недавно освобожденных от лесов. В то же время для соевых бобов, выращенных в США, подобный коэффициент не применяется, поскольку считается, что сельскохозяйственные земли там были освоены много десятилетий или даже поколений назад.
Автор статьи считает подобный подход необоснованным. При этом он отдельно отмечает, что Кэролайн Кемп не продвигала саму концепцию учета изменения землепользования, а лишь объясняла, каким образом она сегодня применяется при расчете углеродного следа рационов для бройлеров в Европе. По мнению автора, именно лежащие в основе этой методики допущения вызывают серьезные вопросы.
В заключение автор подчеркивает, что стремление снизить экологическое воздействие птицеводства заслуживает поддержки. Однако любые изменения должны основываться на реальных научных данных и объективной оценке эффективности, а не на спорных предположениях. По его мнению, отрасли важно сохранять здравый смысл и критически относиться к инициативам, которые могут быть продиктованы не столько научными фактами, сколько позицией отдельных экологических активистов, выступающих не только за сокращение выбросов, но и против животноводства в целом.
.png)
